Главная » Статьи » Авторские статьи

Неизвестный подвиг

Защитник – это особая категория, особая каста. И чтобы понять это, нужно познакомиться с Романом Евдокимовым, прапорщиком полиции МО МВД России «Бородинский», участником контртеррористической операции в Чеченской республике, бойцом спецназа ГРУ.

Сердце матери
25 июня 2000 года по центральным каналам России прошло сообщение о боевом столкновении в Веденском ущелье Чеченской республики. Подробности боя еще не были известны, но в СМИ просочилась информация, что рота специального назначения ГРУ попала в засаду. Что она ведет неравный бой с превосходящими силами террористов и что прогнозы этого боестолкновения малооптимистичны.
Этот репортаж, как и многие в это время из Чечни, не прошел мимо Ольги Васильевны Евдокимовой. Последнее время она регулярно просматривала «сводки» с Северного Кавказа, всегда с величайшим волнением, а в этот раз ей стало по-настоящему страшно… Ей показалось… нет, она почувствовала, что ее 19-летний сын Роман находится именно там, в гуще этих драматических событий.
И сердце матери не обмануло. В этот самый момент Роман, с рваными ранами от осколков вражеской мины, отстреливался от наседавших террористов. Ситуация развивалась драматически. Девять бойцов из их группы погибли в первые минуты боя, трое получили ранения, оставшиеся в живых были прижаты к скале с трех сторон.
Силы были неравные, помощи ждать было неоткуда: ближайшее подразделение – уссурийская группа ГРУ – находилась в сутках ходьбы от места боя, а поддержка «вертушками» невозможна из-за особенностей местности. Так что спецназовцы уже для себя все решили и старались как можно дороже обменять свои жизни…

Судьба солдата
Сегодня Роман Евдокимов – помощник оперативного дежурного МО МВД «Бородинский». На хорошем счету, пользуется неоспоримым уважением товарищей. За тот бой получил первую свою государственную награду – орден Мужества. За время службы в 67-й бердской бригаде специального назначения ГРУ участвовал во многих боях. Некоторые из них были более яркими, но этот стал одним из первых и самым тяжелым за всю командировку. По потерям, накалу и драматизму.
Что помогло горстке спецназовцев в бою с сотнями боевиков Хаттаба не только выстоять, но и победить превосходящие силы противника? Подготовка? Сила духа? Солдатская удача? Думаю, и то, и другое, и третье. А еще – судьба! От которой, как известно, не уйдешь...
Личное дело Романа Евдокимова имеет свои зигзаги. В прославленную 67-ю бердскую бригаду специального назначения попал после отчисления из Новосибирского военного института: не сдал иностранный язык. К сожалению, тренер по боксу не отстоял его перед экзаменаторами, как отстояли своих подопечных тренеры по вольной борьбе, дзюдо, также представлявших институт на спортивных соревнованиях.
– Уходить из института, честно говоря, было тяжело: учеба действительно была интересной, – вспоминает Роман. – На факультете разведки готовили офицеров, которые в военное время работают в глубоком тылу врага. Отсюда широкий диапазон дисциплин: парашютно-десантная, минно-подрывная, водолазная подготовка, топография, выживание в экстремальных условиях и, конечно, прекрасная боевая и физическая подготовка.
После отчисления Роман еще некоторое время находился на территории института. При вузе был батальон 67-й отдельной специальной бердской бригады ГРУ, и Романа сразу определили туда – он отвечал всем параметрам, необходимым для спецназовца.
– И началось новое время, на мое удивление, не менее интересное, – рассказывает Роман. – Здесь учили многому. Учили воевать, учили выживать. Я с благодарностью вспоминаю наших прекрасных наставников, офицеров, за плечами которых были войны во Вьетнаме, Афганистане, первая Чеченская кампания. Их опыт и знания, я считаю, сохранили жизни многих ребят.
– Я много узнал в эти дни о возможностях человека, – продолжает Роман, – они поистине безграничны. Когда нас забрасывали на неделю в лес, мы питались подножным кормом, пили воду из грязной лужи, и – ничего! Никакая зараза не пристала. Видимо, адреналин, вырабатывающийся в огромных количествах, пробуждает какие-то скрытые для нас возможности организма.

Дом в поле
Через месяц усиленной подготовки Роман, как и все его новые товарищи, написал рапорт о командировке в Чечню. Там в самом разгаре была вторая Чеченская кампания, и бердская бригада просто не могла остаться в стороне.
Сибиряков-спецназовцев расквартировали недалеко от Бамута, районного центра Ачхой-Мартановского района. Хотя расквартировали – это, наверно, слишком. Палатки посреди поля, полевая кухня, питьевая вода в 40-литровых флягах и, конечно же, туалет типа ракета – куда без нее.
Туристический настрой портило лишь одно обстоятельство: это место было просто изранено вой-
ной. Потери в Ведено были очень серьезными. Как с одной, так и с другой стороны. И счет жертвам никто останавливать не собирался.
– В то время в чеченских селах за одни день на кладбище могли появиться десятки свежих могил – и все молодые люди 15-30 лет, – вспоминает Роман. – На вполне резонные вопросы наших офицеров старейшины всегда твердили одно: остановилось сердце, случился аппендицит, упал с дерева... А еще через несколько дней у этих могил появлялись копья – символ неотмщенного воина…
Сами спецназовцы первые потери понесли уже во вторую неделю командировки. Был выход в горы, был первый бой. Итог: два раненых, один из которых скончался прямо в вертолете. Но, в целом, обошлось. Успели вытащить раненых, успели «оторваться» сами.
В течение всех трех месяцев командировки приходилось рисковать постоянно. Уходившей в горы группе надеяться было особо не на кого. Поэтому поменьше сухпайка, побольше боеприпасов. В резерве обязательно пара гранат. На крайний случай – для самоподрыва, плен не рассматривался возможностью выжить.
Организовывали засады, сами попадали в них. Иногда, чтобы заманить противника в ловушку, приходилось лежать неподвижно в течение двух, а то и трех суток. От боевиков не бегали, наоборот, сами всегда искали с ними встречи. Любой выстрел в свою сторону считали непростительной наглостью, отчаянным вызовом.
– Ах, так?! А давайте, пацаны, дадим им… – дальше Роман переводит с армейского сленга на литературный русский, – по соплям! Разворачиваемся, и вперед! Пошла массовка… Понимаю, все это выглядит по-мальчишески. Но мы и были тогда мальчишками, по 18-20 лет.
Мальчишки делали взрослую работу. И за эту работу награждали государственными наградами. После ордена Мужества Романа представили к медали «За отвагу». Это произошло после успешного выполнения спецзадания. Какого? Роман категорически отказывается говорить: это до настоящего времени не подлежит огласке, военная тайна.

Юрий ЗАКАВРЯШИН

Полную версию материала можно прочитать в газете "Голос времени"

 

Категория: Авторские статьи | (23.02.2018)
Просмотров: 274 | Рейтинг: 4.5/2
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]