Шрифт
А А А
Фон
Ц Ц Ц Ц Ц
Изображения
Озвучка выделенного текста
Настройки
Обычная версия
Междубуквенный интервал
Одинарный Полуторный Двойной
Гарнитура
Без засечек С засечками
Встроенные элементы
(видео, карты и т.д.)
Вернуть настройки по умолчанию
Заозерный
17 октября, вс
Настройки Обычная версия
Шрифт
А А А
Фон
Ц Ц Ц Ц Ц
Изображения
Междубуквенный интервал
Одинарный Полуторный Двойной
Гарнитура
Без засечек С засечками
Встроенные элементы (видео, карты и т.д.)
Вернуть настройки по умолчанию
Заозерный
17 октября, вс

15. Дневник женщины, которая борется за счастье

15 февраля 2017
1

6 января. Работаю. Все нормально. Хожу, переполненная счастьем – ношу желанного и, безусловно, любимого ребенка. Берегусь. Делаю все, что велят врачи. Пока я у них – здоровая пациентка. Давление, анализы – в норме. Я буду стараться очень-очень, чтобы с рождением малыша были связаны только добрые эмоции.


27 февраля. Какой-то внутренний напряг. Все на уровне догадок, интуиции, чутья. Три дня назад Степа приводил к нам домой сослуживцев по случаю своего дня рождения. С ними были гражданские служащие – женщины. Я накрыла им стол, немного побыла с ними. И за это короткое время почувствовала что-то неладное. Мне показалось, что между моим Степой и Людмилой какая-то игра, интрига. Не могу назвать это чувствами. И в эти отношения были, судя по каким-то многозначительным взглядам, жестам, втянуты другие члены этой компании. Я не подала вида, никак не объяснилась с мужем, но сама себе сказала: будь бдительна, идет явное покушение на семью.
Оставаться равнодушной, спокойной не могу, но и горячку пороть нельзя. А что можно? Как быть? Куда бежать? Не знаю, что будет. Одно знаю наверняка: ни в какую инстанцию не пойду с жалобой, ни свекрови, ни маме не расскажу, вообще все будет со мной. Господи, дай мне силы, мудрости и терпения! Господи, помоги мне остаться женщиной!


15 апреля. В доме так же. Я стараюсь сосредоточиться на Олечке – прелестном ребенке. Мне с ней интересно, отрадно и спокойно, и я понимаю, что для любой женщины самая главная ценность, самый важный объект для тревоги и счастья – это дети. С нетерпением жду появления еще одного моего ребенка.
Олечка тоже в ожидании. Она так гордится моим животом! И, по-моему, тоже счастлива. Степа так же нежен. И страсть при нем. И тяга к семье. Для него это важно. А как же мои догадки? И вдруг я делаю открытие. Люди, когда затевают какую-то интрижку, не подходят к весам, не кладут на чаши семью, жену, детей, настоящих и будущих, с одной стороны, и объект нового увлечения – с другой. Они просто отодвигают первое и на это место ставят новые впечатления, и при этом не показывают, а, скорее наоборот, приобретают свежий импульс.
А последствия? Они не зря называются ПОСЛЕдствия, т.е. всё остальное будет потом, позже.
В голову лезут и лезут мысли; хватает за сердце обида: я вот рискую своим здоровьем и жизнью, ношу ребенка, его дитя, а он… Но решительный голос возражает: не раскисай, не хнычь. Ты счастлива уже потому, что у тебя есть достойный человек, ради которого можно страдать, терзаться. И всё же тягучая тоска охватывает целиком все мое существо.


20 мая. Через неделю я уйду в декретный отпуск и вместе с Олей уеду в Иланск, отдохну, наберусь сил и духа. Может, это неразумно: оставлять одного мужа – интересного мужчину, офицера, с квартирой, машиной – в шумном огромном городе. Но я почему-то думаю, что поступаю верно. К тому же детям, Олечке и будущему малышу, будет лучше на свежем воздухе.


15 июня. Живем с Олечкой у родителей. С нами Надюша (у нее в апреле родился сыночек Артемка) с мужем; здесь же Любина семья; Валин первенец Женечка (Валя родила тоже в апреле дочурку Владу) и родители. Мои сестры ухаживают за огородом. Мама, убегая на работу, успевает приготовить обед на такую ораву. Папа трудится, Сергей, младший зять, с ним. Мне доверили детей: двухмесячного Артема, 9-месячную Олесю, четырехлетнего Максимку. Старшие – Оля и Женечка – помощники. Вечером мы собираемся за большим круглым столом и ужинаем. Всем хорошо. Мы наслаждаемся общением, одними чувствами, щебетом детей, летними закатами. Ночи для Сибири душные, я просыпаюсь, лежу или подхожу к открытому окну и думаю. Мыслей много. Надо ухватить самую умную, самую важную из всех и ею руководствоваться. Иначе захлестнут эмоции, обиды.