Шрифт
А А А
Фон
Ц Ц Ц Ц Ц
Изображения
Озвучка выделенного текста
Настройки
Обычная версия
Междубуквенный интервал
Одинарный Полуторный Двойной
Гарнитура
Без засечек С засечками
Встроенные элементы
(видео, карты и т.д.)
Вернуть настройки по умолчанию
Заозерный
17 октября, вс
Настройки Обычная версия
Шрифт
А А А
Фон
Ц Ц Ц Ц Ц
Изображения
Междубуквенный интервал
Одинарный Полуторный Двойной
Гарнитура
Без засечек С засечками
Встроенные элементы (видео, карты и т.д.)
Вернуть настройки по умолчанию
Заозерный
17 октября, вс

20. Дневник некрасивой девочки, которая мечтает о счастье

19 декабря 2016
1

5 июня. Я иду по парку, по той аллее, где мы недавно гуляли со Степаном. Навстречу – Юрка. Господи! Как я ждала этой минуты! Он такой же, как прежде, – с вселенской улыбкой, легкий. Он говорит очередную пустяковину, что-то вроде: «Не грусти, все будет хорошо». У меня сердце не успевает бороться с бешеной скоростью крови, пытаюсь решить для себя: сказать ему всё-всё, как мучалась, страдала, как звала и ждала его, или снова промолчать? И говорю ему: «Я тебя так давно и так сильно люблю» и понимаю, что рассказала уже всё. Что ещё можно добавить? Он говорит понимающе: «Конечно, у нас у всех есть прошлое. Я знал всегда, что ты – человек честный. Спасибо тебе за доверие». Я слышу, что это голос Вити, поворачиваюсь, а это Степка. Он продолжает: «Всё, что было до меня, – твоё сокровенное, а то, что будет позже, – это уже наше»… И я просыпаюсь. Исчез, господи, а ведь был рядом, говорил, я снова не удержала его. Он исчез, – думаю. – значит, прощай, Юрка. Прощай, мой добрый мальчик, мой ангел-спаситель. Спасибо за то, что сберег меня для дальнейшей жизни чистой и непорочной. Спасибо за то, что удержал от соблазнов, не позволил разрушить душу, испоганить пошлостью, никчемными связями, случайными встречами. 

Готовясь к замужеству, к материнству с детских лет, я за последующие годы так близка была к пропасти, прошла непростой путь от неосознанного желания иметь семью до ощущения себя готовой к многотрудной миссии жены и матери. Я боялась быть отвергнутой тобой, но хотелось быть достойной тебя, и я тянулась за тобой, становилась лучше, мудрее. Я поняла, что такое счастье – оно трудное, подчас горькое, оно не дается просто так, оно приходит и понимается только тогда, когда душой пройден путь не обязательно долгий, но тернистый, когда опыт принимается тобой не как тяжесть, а как богатства и знания – с благодарностью; тогда, когда каждую мелкую удачу, улыбку судьбы ценишь больше, чем брусок золота. В таких случаях ты не опускаешь планку крылатых мечтаний, не приземляешь свои замыслы, ты просто знаешь цену каждого подъема на высоту, соизмеряешь цель со своими силами, рассчитываешь их для того, чтобы не просто шагать вверх, к мечте, но и успевать замечать красоту, природу, людей и вообще жизнь. Я по-прежнему, даже ещё больше люблю тебя. И только тебя.
Сегодня едем к молодым механизаторам. Витя хочет с фотоаппаратом поехать с нами. Я рада.

10 июня. Частенько к концу дня приходит в райком Степан. Потом идем вместе какую-то часть моей дороги домой. Интересно как-то: и на типичное ухаживание не похоже, но эта регулярность… это внимание – откровенное. Мне не по себе. Идем, разговариваем на общие темы. Он не говорит: до завтра, не обещает встреч, ни слова – об отношениях. Как друзья – не более того. Я тоже веду себя, как будто ничего не произошло, хотя понимаю, что что-то происходит. Виктор приезжает ко мне каждый вечер. Мы гуляем. Он рассказывает о своей жизни, о близких ему людях. Я ему – о пустяках на работе, событиях в семье, об учебе, о погоде, о привычках. Он пытается перевести разговор о будущем, я больше стараюсь обмениваться мнениями о том, другом явлении, событии. Нам интересно вдвоем. Но мне еще хочется расширить круг общения. Частенько мы уезжаем за город. Но по-прежнему между нами – дистанция. Честное слово, мне хватает ласковых слов, признаний и поцелуев.

14 июня. Степан как бы невзначай стал приходить к нам. То, проводив меня до дома, заходил по моему приглашению к нам. Надо сказать, к общему удовольствию. Его очень быстро приняли в доме – он сидит, шутит, но ни на ужин, ни на чай его не своротить. Он не сказал мне еще ни одного комплимента, ни одного признания в каких-либо чувствах. Если Витя не может приехать ко мне, а Степан находится у меня, я радуюсь – не тому, что у меня в этот момент находится Степан, а тому, что не надо лукавить, маневрировать.
Витя чаще, чем когда-либо, стал говорить о том, что он мне верит. А я? А я просто встречаю того, кто ко мне приходит. Я их не зову – сами приходят. Может, это со стороны смотрится некрасиво. Но на этот счет у меня свой резон. Во-первых, у меня не семеро по лавкам, я девушка достойная, и за мной нужно ухаживать, даже добиваться. Во-вторых, как я могу отдать предпочтение кому-то из двоих, если люблю третьего? Разум должен подсказать. Я должна разобраться.

У Нади родился сынок, еще в мае. Назвали Игорем. Яркий такой мальчик, хорошенький. Надюша совершила подвиг: родила, произвела на свет человека. Но, хоть я и редко вижусь с ней, понимаю, что она горько сожалеет о своем выборе. Это так очевидно. Но… вот интересная штука. Все мы видим чужие ошибки, они нам так хорошо видны. Но мы четко знаем, уверены: мы не повторим этих ошибок, у нас все будет по-другому, у нас другая ситуация. Мы ахаем, охаем, переживаем, сочувствуем, осуждаем, но почти никогда не анализируем. А зря.

28 июня. Активизировался Павел. Звонит, приходит. Я делаю вид, что я нейтральна, спокойна, веду себя с ним вежливо-культурно, а у самой прыгает сердце. Держусь. Вновь обращаюсь мысленно к Юрке: где ты, что с тобой? Помоги. Я, как никогда, сейчас нуждаюсь в тебе. Мне надо решить самый главный вопрос – избрать себе спутника на всю жизнь. Только так. После свадьбы я закрою свое сердце на замок. Для всех – прошлых и будущих. Буду все свои силы отдавать семье.

5 июля. Вчера Витя задал мне вопрос, будет ли у нас свадьба? Я ответила, что не знаю. Вот и встала у распутья: как быть. На работе смеются: как в песне поется «оба парня смелые, оба хороши, милая рябинушка, сердцу подскажи». Не знают они главного. Я в ответ смеюсь, а сама голову сломала: как быть? Представляю жизнь с Витей: высокий забор вокруг дома, и мы там. Мне хорошо, но тесно в таком укрытии. Со Степаном проще: дом – открыт, забор прозрачный. Я не против такого образа жизни, но семья в моем понимании – это прежде всего внутренний мир, не гостиница. Гости должны быть непременно, но они не должны влиять на наш заведенный порядок, отношения, микроклимат.

9 июля. Сегодня в чувствах признался Степан. Мы шли по городу, разговаривали. Я не ожидала от себя такой резкости. Видно, я устала от того, что каждый день я, сама не зная, что мне делать, должна решать вопрос: с кем быть. Я сказала: «Степа, твои ухаживания ставят меня в двусмысленное положение. Кто ты мне и кто я тебе?» «Да люблю я тебя! Разве ты этого не поняла? Но у меня есть друг Виктор, и я совсем не понял, будут ли предательством дружбы мои чувства к тебе, хотел сам разобраться в этом. Я еще в первую встречу подумал о тебе: какая подруга у Виктора!». Я молчала. Он сжал меня крепко-крепко. Но не спросил о моих чувствах. И тогда я рассказала ему о Юрке. Он ни разу не прервал меня, сказал: «То, что было до меня, – это твое». У меня ухнуло сердце. Я была бесконечно признательна ему за понимание, за благородство.
Он проводил меня до дома. Я стояла на крыльце и думала о своей судьбе. Что будет?