Шрифт
А А А
Фон
Ц Ц Ц Ц Ц
Изображения
Озвучка выделенного текста
Настройки
Обычная версия
Междубуквенный интервал
Одинарный Полуторный Двойной
Гарнитура
Без засечек С засечками
Встроенные элементы
(видео, карты и т.д.)
Вернуть настройки по умолчанию
Заозерный
24 октября, вс
Настройки Обычная версия
Шрифт
А А А
Фон
Ц Ц Ц Ц Ц
Изображения
Междубуквенный интервал
Одинарный Полуторный Двойной
Гарнитура
Без засечек С засечками
Встроенные элементы (видео, карты и т.д.)
Вернуть настройки по умолчанию
Заозерный
24 октября, вс

21. Дневник некрасивой девочки, которая мечтает о счастье

21 декабря 2016
1

11 июля. Витя перестал ко мне приходить. Я скучаю по нему, но где-то мне легче оттого, что не надо мучить себя и вводить в заблуждение хороших парней. Со Степкой проще. Мы предприняли затею – встретить рассвет. Собрали все необходимое: старый плащ, мешок от комаров. Сели. Меня стали одолевать комары. Как только Степа отгонял их от меня, я тут же начинала клевать носом. Решили переждать и в другую погоду обязательно дождаться восхода солнца.
Степана у нас в семье полюбили, и он тоже тепло относится к моим родным. Рассказывает им армейские шутки, побасенки. Мама как-то тревожно смотрит на меня: а верный ли выбор сделала? Я с ней не делюсь, не потому что не доверяю. Просто думаю: сама должна свои проблемы решить. Кто лучше меня разберется в моей душе?

15 июля. Первый мне сказал, что через месяц меня направят в высшую комсомольскую школу на курсы. «Это большая честь, – сказал он со значением. Ему казалось, что я неадекватно отреагировала. – Ну ладно, – засмеялся, – ты заслужила». Я, честно, обрадовалась. Все-таки у меня прибавится времени на «самоопределение». Витя не приходит. Я грущу: приближается время назначенного нами же срока свадьбы, которой не будет, видимо, никогда.

27 июля. Приходил Витя. На работу. Он сказал, что не приходил ко мне, чтобы дать мне время сделать выбор. Я молчала. «Ты должна решить», – сказал он мне. Я молчала. Мне было жутко жаль его и стыдно за что-то. Мы поговорили о пустяках. Он спросил, как мои родные.
Я ответила: все нормально. Мы поговорили о пустяках, и он ушел. Мне было тяжело. Я понимала, что это еще не разрыв, я могу вернуть его. Но во мне говорила жалость, простая бабья жалость к человеку, которому сейчас просто очень больно. К жалости примешивалась вина перед ним, а для меня вина – это слишком тяжелая ноша. Мне нельзя жить с этим чувством, мне неуютно, я недовольна собой, не люблю себя. Витя, ты хороший, ты замечательный. Но нельзя за двоих выходить замуж. Я тебе желаю счастья, Витя! Ты очень достойный. Буду всю жизнь благодарить судьбу за то, что свиделась с тобой, ты дал мне очень многое – уверенность в себе. А это – главное для девушки.

13 августа. Ночь. Сегодня мы со Степой сходили в ЗАГС и подали заявление о своей решимости создать семью. Степа очень настаивал. Ну, просто очень. Послезавтра я уезжаю в ВКШ, а там сессия.

1 сентября. Сижу на лекциях. Общаюсь с новыми друзьями. Много людей одержимых, карьеристов, каких – то пугающих молодых людей, они боятся предпринимать действия, которые хотели бы предпринять (желание улизнуть с занятий, отметить день рождения), и это происходит не потому, что они такие правильные, а потому что боятся до полусмерти испортить себе репутацию. Но в основном это нормальный, веселый жизнерадостный народ. Я не такая (не люблю «нарочитых» оптимистов), но мне с ними хорошо. Люблю движение, ночной костер и песни под гитару, шутки. Но надолго меня не хватает, я скучаю без умной книги, тишины и уединения. Мысленно пишу Виктору письмо. Понимаю, что письмо – это трусливый поступок, надо с глазу на глаз объясниться. Но я все же подбираю слова.

12 сентября. Я все – таки отправила письмо, где пожелала Вите очень доброй жизненной дороги. Щадя его мужское самолюбие, я приписала: Витя, если встретишь девушку, которую полюбишь, не испытывай судьбу, не мудрствуй – иди смело и добивайся ее расположения. Получилось, что он сам виноват в развязке. Но это я сделала для него, чтобы он не чувствовал себя проигравшим. Пожалуй, я поставила точку, и она получилась щядящей и для меня, и для Виктора.
 Готова ли я к семейной жизни? Что я о ней знаю? Надо ли запасаться терпением или научиться решать проблемы, привлекая мужа? Как распределять обязанности, чтобы быть независимой от бытовых трудностей? Помогут ли чувства избежать конфликтов или, наоборот, усугубят их. Не устанем ли мы друг от друга за годы, десятилетия, что предстоит нам вместе прожить? Не надоест ли однообразие?
Объединяются два человека – две личности, два характера, две истории, у каждого свой запас нажитого, свои привычки, традиции. Смогу ли я достойно встретить любое испытание? 
Чувствую по всему, что жить первое время нам придется с родителями и братьями Степана. Это значит, что и они будут влиять на формирование наших отношений, но и на наш быт. Смогу ли я сделать их и свою жизнь комфортной?
Оказывается, это целая наука – семейная жизнь. Как, интересно, было все у мамы и папы? Мне, кажется, у них нет конфликта характеров. Они легко решают бытовые вопросы. Папа очень много помогает маме. Папа очень любит нас, он более открывает нам свои чувства. Мама скупее на ласку, но всегда тревожится за нас. А между собой? Ушла ли любовь? Я знаю, что в молодости они очень любили друг друга, и рождения семьи им приходилось всерьез добиваться. Возникало ли у них раздражение друг другом? Не знаю. Во всяком случае, я никогда не видела их недовольства друг другом.

15 сентября. Вернулась домой. Степан встретил радостный и счастливый и сразу объявил, что надо уже в ЗАГС идти. А я сказала, что срок – 21 сентября – еще не подошел, он предложил, чтобы моя сестра Валя попросила заведующего бюро ЗАГСа ускорить процесс. Я, душа простая, решила: какая теперь разница – днем раньше, днем позже, и попросила Валю. Она мне мягко сказала: «Мне это не трудно сделать, но как это будет расценено теми, кто будет в курсе событий? Ты вдумайся : сестра невесты (!) просит перенести срок регистрации на более ранний. Получается щекотливая ситуация». Ой, правда, Валечка, как же я не подумала об этом?


 17 сентября. Сегодня мы все же оформили брак, и с этого дня у меня другая фамилия.


 20 сентября. Мои родители встречались с родственниками Степы, чтобы обговорить дату свадьбы и прочее. Мама от неожиданности (родные Степы пришли на день раньше, и я не успела предупредить маму и папу) заплакала, папа волновался. Он сказал, что надо поговорить с невестой. Брат Степана воскликнул с улыбкой: « А что спрашивать, она уже наша». Папа перевел взгляд на меня. Я опустила глаза от стыда. Я просила перед отъездом в высшую комсомольскую школу маму, чтобы все рассказала папе. А она не доложила. Смогу ли я искупить вину перед дорогим мне человеком- отцом? 
Потом был совместный ужин. Пришла случайно моя подруга Надя, а угодила на событие. Потом мы со Степаном пошли ее провожать. Мимо проходили парни, и один из них сказал: «Какая девчонка красивая». Я точно поняла, что это про меня. Не потому что я чувствовала свою неотразимость (ее не было, конечно), видимо, просто в глазах плескалось то пламя, которое бушевало внутри. Я мобилизовала все силы, чтобы быть ( не казаться!) счастливой. Я волновалась оттого, что приблизила минуту исполнения моей мечты, но не поняла: та ли это минута. Я стояла на пороге другой жизни, к которой стремилась, которой хотела. Знала, что сейчас мне завидуют полгорода девчат: отхватила такого статного, умного, доброго, веселого парня. Я готова была сама себе завидовать, а сомнение не давало покоя.
Во мне горела природа, жег темперамент, который всегда привлекал мужчин. Ум работал рассудительно, но тоже напряженно. Только сердце молчало….
Я буду очень хорошей хозяйкой, женой. Я так жажду счастья, личного, своего маленького пространства, чтобы на нем разжечь костер – яркий, чистый, вечный. Этот огонь должен гореть, светить, манить, притягивать, помогать, соединять. Я буду хлопотать у этого очага, делать все, чтобы он не затухал, а разгорался с новой силой.
Степа предложил мне перейти к ним, но я вновь отклонила: не надо торопить время.


21    сентября. На вечере утром мне передали, что Витя хочет со мной встретиться вечером. Он, видимо, не знает, что я прошла ЗАГС, сватовство, что формально я жена другого человека. Я отказала во встречи. Мне его жаль, нет не то. Он очень стоящий человек, он достоин очень славной девушки. Я его очень ценю. Он останется в уголке моего сердца – в теплом, благодарном уголке. И я так хочу, чтобы жизнь у него сложилась достойная самого его. Но главным и единственным человеком с этой поры для меня станет Степан. 


1 ноября. Возвратилась с сессии. Она прошла нормально. Мои Валя и Лиля тоже собираются замуж. У них мужчины, побывавшие в браке. У Лилии – журналист, у Вали- шахтер. Сессия, несмотря на напряг, прошла в приподнятом настроении. Я понимала, что впереди – более важное событие чем учеба, – замужество. На расстоянии от моего городка и всех последних событий я совсем успокоилась, мне показалось, что все я сделала, как надо. Я никого не обманывала. А если я и сделала что-то не так по отношению к самой себе, то это было сделано осмысленно.
И так , моя судьба определена. Лучше сказать я сама ею распорядилась. 
 Встретились со Степой хорошо. Меня забавляет, что он вроде не верит, что я – его жена. Он ведет себя внешне уверенно, даже чуть иронично, но я знаю точно: я в его глазах – очень достойная девушка, и он за победу считает тот факт, что из двух очень хороших парней я предпочтение отдала ему.


10 ноября. Отшумела моя свадьба. Она была веселая, сердечная. Накануне я думала, как все произойдет и всех своих гостей любила, и все они, мне казалось, любили меня и желали мне только счастья. И правда, свадьба была доброй, красивой, и мне было очень хорошо. Степан с друзьями пришел на 2-3 минуты до назначенного времени – обычно гости не торопятся. Но мой жених – человек четкий, действительно, хотел на мне жениться. Раненько утром я побежала в парикмахерскую, и мне поручили попутно выкупить заказанный заранее торт. Когда я пришла в столовую, мне сказали: «А жених свой торт уже выкупил». Мне стало тепло и спокойно. Витя был среди гостей. Всех остальных мы со Степой приглашали вместе. Виктора Степа пошел приглашать сам. Он что-то сказал вроде: мы ведь друзья, так получилось, давай останемся друзьями.
Было много добрых слов, мне казалось, все счастливы и искренни. Когда на второй день свадьба переместилась в дом Степы, соседки – веселушки принесли солому, метлу, невесте надо было убрать все, чтобы показать свою ловкость и умение.
Степа загородил меня и сказал, что не позволит невесте убирать мусор. Свадьба стихла. Мне было легко и хорошо, я готова была пойти потешить народ. Подошел папа (мой папа! который таких шуток над дочками терпеть не мог) и сказал: «Подмети». Я, улыбаясь, ответила: «Муж не позволяет». Вмешался Степин отец: «Соберите все, что набросали. Моя невестка не уборщица». Те быстренько собрали. Свадьба веселилась. Не знаю, как восприняли некоторые гости этот инцидент, но я еще раз поняла: я под надежной защитой. Витю я особо не видела: народу было много, он не лез на глаза.
На второй день он не пришел. Третий день мы гуляли с его участием.
В конце третьего дня Витя подошел ко мне. Свадьба в ожидании затихла. Он наполнил до краев бокалы шампанским и предложил: «Давай выпьем в первый и последний раз. За тебя, за твое счастье». И я приняла вызов. Степан стоял тут же, спокойный и уверенный. Мы выпили. Витя сказал: «Спасибо» и отошел.
Я намеренно выбрала беззаботный, почти легкомысленный тон, когда отвечала Вите. Я постаралась не увидеть боль в его глазах. Это был мой день, и я должна быть счастливой!
Прощай, Витя! Прощай, Юрка! Я сегодня – с кубком в руках, наполненным счастьем до краев. Я должна в пути не расплескать его, не разбить сосуд. Счастье – очень хрупкая штука.
Потом гости разошлись. Степины родители пошли провожать мою родню. Я переоделась, засучила рукава и вместе со Степой и его друзьями стала мыть-перемывать посуду.
Надо сказать, что три дня свадьбы были потрясающе теплыми – настоящее лето. Гости были одеты в легкие одежды и летние туфли. А сегодня, 10 ноября, за ночь выпал глубокий – по колено – снег, ослепительно белый, пушистый, ласковый.. И я особенно остро поняла: начинается другая жизнь – с другими проблемами, законами, с другими действующими лицами и ролями. Только я оставалась той же.