Шрифт
А А А
Фон
Ц Ц Ц Ц Ц
Изображения
Озвучка выделенного текста
Настройки
Обычная версия
Междубуквенный интервал
Одинарный Полуторный Двойной
Гарнитура
Без засечек С засечками
Встроенные элементы
(видео, карты и т.д.)
Вернуть настройки по умолчанию
Заозерный
23 октября, сб
Настройки Обычная версия
Шрифт
А А А
Фон
Ц Ц Ц Ц Ц
Изображения
Междубуквенный интервал
Одинарный Полуторный Двойной
Гарнитура
Без засечек С засечками
Встроенные элементы (видео, карты и т.д.)
Вернуть настройки по умолчанию
Заозерный
23 октября, сб

32. Дневник женщины, которая борется за счастье

22 июля 2017
1

18 мая. Собрание прошло бурно. Все выступающие (Бабкин, Тоня, Сергей Иванов, Татьяна Титенкова, Анатолий Пащенко, радиоорганизатор) не щадили редактора. Но обвинения сводились к тому, что не всегда автомобиль свободен, чтобы выехать корреспондентам на объекты, сотрудники не обеспечены авторучками и т.д. Я сдерживала себя, чтобы не сказать лишнее, ибо все могло быть истолковано не так. В своей речи я обозначила главную мысль, что считаю Валентина Алексеевича нормальным редактором, что и ему, как и всем нам, не удалось наладить рабочую творческую обстановку. Вот и всё. А потому – интриги, заговоры…
Наутро я уезжала в командировку на четыре дня. Возвращаясь, ехала из аэропорта автобусом, на ТЭЦ пересела на свой, 108-й, и двинулась домой. На первой остановке зашел Бабкин. Он был пьян. Я сжалась в комок. Мне показалось, что он в таком состоянии способен на всё. Но он либо не заметил меня, либо, узнав, вышел раньше. Когда пришло время мне выходить, я, осмелев, оглянула автобус: его не было.
Назавтра я узнала, что коллектив «уменьшился»: Бабкин, Иванов, Пащенко уволились. Остальные притихли.


23 мая. Работаем так же. Людмила Зайцева уезжает в Новосибирск в высшую партийную школу. Будет учиться очно два года. Привезет в семью свою сестру, она незамужем. Володя, муж Людмилы, против, сопротивляется, но она непреклонна. Мы с ней «стандартные» советские женщины, но где-то разнимся очень. Семью я свою не оставила бы ради карьеры. Семья – первично, свято.


27 мая. Как-то очень быстро сблизились с Иниными. Он – чуть романтичный, увлекающийся человек. Она – организованная, интеллигентная женщина. Они создали семью в студенчестве, сынишка их Игорь уже учится в 9 классе. Илья – в первом.


1 июня. Избегаю говорить о политике в дневнике. Но сегодняшнее положение в обществе, по-моему, не может не сказаться на настроении каждого человека. Отовсюду слышны слова «перестройка», «плюрализм», и, чувствуется, что это – не просто слова. Это поворот. И как-то радостно, и тревожно. Олечка окончила пятый класс хорошо. У Ксюши, поговаривают, следующий год будет учебным: их группа в садике – экспериментальная. Степа работает на пределе. Часто устраивает сбор друзей строительства – руководителей строительных, автотранспортных предприятий, ставит перед ними задачи, никто с ним не спорит: умеет убедить. ПСД еще нет, а строительство началось. Степа похудел, почернел, но держится бодро.
Я нервничаю. Понимаю, что его смущают откровенные поклонения женщин. У них практикуются выходы в кафе по какому-либо случаю. Мне не по себе. Может, я усложняю жизнь себе и окружающим? Может, следует жить проще? Возможно ли такое, если любишь? Да и вообще, по моему убеждению, нельзя существовать лишь за счет инстинктов, жизнь тогда будет бесцветной, скудной, впустую.


25 июня. Дети у родителей. Я курсирую по выходным между домом и Иланском. Милый дом! Я приезжаю на электричке, иду по родным улицам, поворот, еще поворот, и вот – улица детства. Соседи сидят на лавочках, я здороваюсь радостно, они мне отвечают так же. Они мне родные, и я им тоже. Дома начинаем уборку. Девочки крутятся около меня, мы моем полы, протираем мебель в «гостинице», потом, ближе к ночи, разбиваемся на группы, кому куда идти ночевать. Потом неспешные вечерние разговоры, переходящие в ночь. Назавтра – готовка, стирка, уборка в доме и баня. О, эта баня! Это отдельная тема. Тело изнемогает и просит еще и жара, и пара, и веника, и неги. Господи! И этот азарт, и восторг! Девочки (племянницы в первую очередь) со мной, визжат от необычности состояния. После бани – легкое застолье и общение. Мы много поем. Мама – признанная певунья. Мы – на подхвате. Песни сердечные, теплые, мне хорошо рядом с родными людьми, душа играет всеми чувствами сразу, и хочется жить!
В воскресенье – чем бы ни занимались (а работы всегда хватает), все делается с думой об отъезде. Там мой дом и моя жизнь. Её я должна прожить сама. Но здесь так хорошо! И как замечательно, что есть на земле место, куда неизменно тянет! А если этих мест два? Я счастлива.