Шрифт
А А А
Фон
Ц Ц Ц Ц Ц
Изображения
Озвучка выделенного текста
Настройки
Обычная версия
Междубуквенный интервал
Одинарный Полуторный Двойной
Гарнитура
Без засечек С засечками
Встроенные элементы
(видео, карты и т.д.)
Вернуть настройки по умолчанию
Заозерный
18 октября, пн
Настройки Обычная версия
Шрифт
А А А
Фон
Ц Ц Ц Ц Ц
Изображения
Междубуквенный интервал
Одинарный Полуторный Двойной
Гарнитура
Без засечек С засечками
Встроенные элементы (видео, карты и т.д.)
Вернуть настройки по умолчанию
Заозерный
18 октября, пн

Не повернуть бы назад

28 июля 2017
1

Не претендую на объективность. Но общие впечатления и личный опыт наводят на оптимистические выводы: рыбинцы перестают повторять, как мантру, слова: «Поля заросли травой, фабрики закрылись. Как жить?» Земляки постепенно приходят к мысли, что надеяться следует на себя, свои силы, способности, возможности, риски.
Глядя на тех, кто еще вчера сводил концы с концами, проклиная всё и всех вокруг, не ища первопричины в себе, замечаю, как изменяются они на глазах, другими становятся их рассуждения, подход к труду, отношение к себе, вообще к жизни.
То и дело в наиболее предприимчивых семьях возникают идеи: увеличить посевную площадь, чтобы лишние картошку, огурцы, помидоры продать, завести 5–10 телят на откорм, чтобы мясо реализовать, а то и закоптить, изготовить полуфабрикаты. Находятся талантливые люди, пишут картины, плетут корзины, вышивают бисером, готовят детей к ЕГЭ. И все это приносит доход в семейный бюджет.
Не хочу быть наводчиком для фискальных органов, поэтому не называю имен людей, которые, хоть и на ощупь, методом проб и ошибок ищут и находят свою нишу в экономике. Смотришь, там бывший рабочий совхоза приобрел молодняк крупного рогатого скота, откармливает, затем ищет рынки сбыта, дорожит каждым потенциальным покупателем. Мне приходилось разговаривать с одним таким новым «дельцом». Беседую и чувствую, как напряжен он, как осторожен в словах, кажется, боится вспугнуть покупателя, старается угодить даже выражением лица, даже движением рук. Нелегко ему. Но он рискнул. И это главное.
В другом селе семья, помимо растениеводства, тоже рискнула (по-другому не скажешь) обзавестись буренками, специализируется на производстве (громко сказала!) молока, сметаны, творога. Потребителей завоевывает откровенно низкими ценами. Свой труд не в счет. Всем хорошо. Продукция надежная, вкусная, неприлично дешевая. Об одном думаю: дай Бог этим труженикам силы. Ведь, кроме физических затрат, они лишают себя элементарного отдыха, передышки. А как хрупок, неустойчив их рынок сбыта! А ну как контролирующие, инспектирующие службы захотят сверить действия тружеников с буквой закона!
Еще пример. Некоторым заозерновцам повезло с поставщиками полуфабрикатов: домашняя колбаса, манты, пельмени, зразы. Продукция пользуется устойчивым спросом на протяжении вполне приличного срока. Изготовители этой вкусной продукции держат марку, сами доставляют ее до потребителей и, что немаловажно, не повышают цены.
Конечно, если говорить строго-официально, то какая-то копейка пролетает мимо государственного кармана. Но если хорошо и покупателю, и продавцу, то хорошо должно быть и государству.
Здесь есть один нюанс, в котором меня могут упрекнуть: все продукты сбываются без какого-либо сопутствующего бумажного сопровождения: санитарной книжки, лицензии, сертификата и т.д. Согласна. Но реализация товара, с одной стороны, и его приобретение, с другой стороны, происходят исключительно на паритетных началах, на личных отношениях. Дай Бог, пройдет время, упорядочится все, узаконится, и будут наши кормильцы торговать цивилизованно, на радость себе, нам и государству.
А пока… надо и власти подумать о кооперации, о пунктах приема, как раньше говорили, излишков сельскохозяйственной продукции. И начать не с контроля, проверок, а с мер поддержки и помощи.
На днях ехала из Красноярска. Все обочины дороги были облеплены продавцами дикоросов. В ряд были уставлены ведра и ведерки с белыми грибами, лисичками, смородиной. Проехав стихийный торговый ряд, мы остановились. Я купила ведро лисичек и подберезовиков у первых попавшихся таежников, рассчиталась, не глядя на толпу менее удачливых продавцов. Они стояли молча, не вступая в мои переговоры, не предлагая наперебой свой товар, вели себя достойно. Но вид угрюмой толпы меня преследовал оставшуюся дорогу и весь вечер. Перебирая и очищая грибы, я думала о мужиках, что вынесли на тракт с трудом добытое в щедрой тайге для того, чтобы домой вернуться с пустым ведром и с деньгами. Я отчетливо представляла, что там, на трассе, происходило. Уже темнело, надежда заработать таяла на глазах. Вот кто-то из них, крякнув, подаст команду: «Ну что, мужики, по домам», и они пойдут с грибами домой, а жены до полуночи будут упорядочивать таежные деликатесы, так и не ставшие товаром.
И вновь вопрос: как облегчить участь производителей, добытчиков? Введение института перекупщиков удлинит путь товара к покупателю и сделает этот товар кратно дороже. Проблема есть. Чтобы решить ее, нужен прежде всего анализ, глубокое и заинтересованное изучение вопроса. А главное – желание помочь.
Время не ждет. Ибо общество развивается не только по спирали, но и приливом-отливом. Сегодня апатия, охватившая жителей малых городов, сел пятнадцать – двадцать лет назад, сменилась активностью, деловитостью, инициативой, а завтра, не дай Бог, все вернется на круги своя. И у людей погаснет вспыхнувшая надежда. И они угрюмой толпой, как те грибники на большой дороге, повернут назад.
Антонина ДУБРА